амалкер
Мы рекомендуем
Рекомендуем недорогие копии брендовой одежды от магазина Deestil
Август 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Мар    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Давно прошедшие этапы народного мышления

Когда мы сегодня слушаем какую-либо узбекскую народную песню, мы ее воспринимаем в качестве факта советской музыкальной культуры. Возникнув подчас в незапамятные времена, она переходила от поколения к поколению, из уст в уста, подвергаясь при этом более или менее значительным изменениям, исправлениям, дополнениям. Так живет в веках всякая народная песня, потому и являющаяся подлинным выразителем дум и чувств народных, что сами народные массы отсекают в ней все маловыразительное, ненужное, заменяя более выразительным, глубоким, то есть подвергают ее постоянной художественной шлифовке.

Первоистоки многих звучащих сейчас народных песен отделены от нас веками и тысячелетиями. И только тогда наше познание музыкального фольклора станет подлинно научным, когда мы будем понимать произведения народного искусства как историческое явление, в их возникновении и постепенном развитии, а иногда и гибели, если некогда сложенная песня по своим внутренним качествам уже не может более отвечать новым требованиям общественного мышления.

Хорошая клиника по увеличению груди должна иметь хороших опытных пластических хирургов, обслуживающий медицинский персонал, а также владеть современными технологиями увеличения груди.

В силу сказанного, трактовка узбекской (как и всякой иной) народной песни должна иметь критический характер. Но не в том смысле, что надо принимать одни и отбрасывать другие песни: к такому методу возможно прибегать лишь в самых исключительных случаях. Необходимо уметь находить в песне различные напластования и в них сознательно разбираться. В узбекском музыкальном фольклоре, например, встречаются народные песни с неустойчивым звукорядом, то есть с сосуществованием в различных куплетах одного и того же звука либо в основном, либо в альтерированном виде. Это – пережиток архаической стадии в развитии мелодики, когда определяющую роль играла не точность интервального шага, а лишь направление движения. Было бы наивным, а не критическим текстуально придерживаться фонографической записи при исполнении или обработке подобной песни.

Аналогично и в области народных музыкальных инструментов. Узбекский народ любит тембры своего инструментария, но качество бытующих инструментов далеко не всегда высоко. Например, народные щипковые (и, в частности, дутар) издают очень слабый звук, при малейшей же попытке усиления появляются шумовые призвуки от удара струны о деку. Всегда ли было так в музыкальной культуре Узбекистана? Вероятно, нет, ибо иначе не могли бы узбекские поэты издавна восторгаться «пением» саза. Значит, здесь критический подход должен заключаться прежде всего в умении распознать причину наблюдаемого сейчас ухудшения звучности: от изменившейся ли манеры игры на инструменте (что весьма вероятно, ибо тесное прижатие инструмента играющим к телу мешает свободному вибрированию резонансного корпуса) или от постепенно произошедшей утраты искусства конструирования инструментов (что также вполне вероятно). А найдя причину, нетрудно ее исправить без ложного преклонения перед внешней традицией.


Посмотреть предыдущие новости:

Оставить комментарий

Реклама