Постановка «Бориса Годунова»

Станиславский меня позвал однажды, чтоб я присутствовал при его встрече с художником С. Ивановым, принимавшем участие в постановке «Бориса Годунова». Позвал, чтоб я учился, и я бесконечно благодарен ему за это. Очевидно, это была не первая их встреча. Иванов принес макет сцены у Василия Блаженного. Это абсолютно не было похоже на официальный акт приемки – сдачи, на которых позднее мне так много приходилось присутствовать. Нас было только трое–Станиславский, Иванов и я, затаивший дыхание. Станиславский спрашивал Иванова так, как будто не Станиславский, а он–Иванов – ставил спектакль. Вопросы слышались один за другим: «Где будет встреча?» (предполагалась встреча Бориса с Юродивым – самое главное в этой сцене), «Куда уходят бояре?», «Откуда появится Митюха?», «В какой точке будет находиться Борис во время кульминации–«Хлеба, хлеба?». Иванов на все эти вопросы серьезно и уверенно отвечал. Вот ведь какой был художник! Делая эскиз, макет, он видел весь спектакль, видел в действии, в динамике. Такова была школа Художественного театра. Того же самого Станиславский требовал и от дирижера. Но к этому мы еще вернемся.

Говоря о том, что актерам приходится на сцене «карабкаться», я упрекаю и наших оперных певцов. Слишком мало они уделяют внимания гимнастике, пластике тела. Слишком рано начинают полнеть. После первой прибавки зарплаты, первого звания, глядишь, поползли килограммы. Я вспоминаю незабываемые спектакли В. Э. Мейерхольда. У него актеры, как правило, были мастерами акробатики, которая являлась одним из элементов биомеханики – дисциплины, созданной Мейерхольдом для постижения актерского мастерства.

Над решением постановки дирижеру приходится задумываться не меньше, чем режиссеру или художнику. Казалось бы, партитура у меня есть, я ее хорошо знаю, к тому же дирижировал этой оперой и раньше, чего же мне искать? Дескать, у меня все найдено. Жестокий самообман! Нельзя так учить, как нас учили, нельзя так играть, как до нас играли, нельзя так ставить, как до нас ставили. Станиславский предостерегал: «Не вздумайте сегодня повторить свой вчерашний спектакль». И это действительно так. Сыгравши что-нибудь хорошо (хотя бы по своим ощущениям), пытаешься при следующем исполнении это воспроизвести, вспоминая, как это было в прошлый раз, и оказываешься у разбитого корыта. Все эмоции надо воссоздавать заново. К тому же дирижер не может существовать отдельно, изолированно от всего остального. Разве можно разграничить – где кончаются функции дирижера и начинаются функции режиссера?

 Более подробно можно прочитать тут.


Посмотреть предыдущие новости:

Оставить комментарий

Реклама


Warning: require_once(/home/p4767/www/rusymphony.ru//setlinks_b4a1a/slsimple.php): failed to open stream: No such file or directory in /home/p4767/www/rusymphony.ru/wp-content/themes/Musik/single.php on line 189

Fatal error: require_once(): Failed opening required '/home/p4767/www/rusymphony.ru//setlinks_b4a1a/slsimple.php' (include_path='.:/usr/local/php56/lib/php') in /home/p4767/www/rusymphony.ru/wp-content/themes/Musik/single.php on line 189