Тяготение к Римскому-Корсакову музыкантов угнетенных самодержавием народов

Это было естественным следствием происходивших тогда в России национально-освободительных движений и связанного с ними процесса становления и роста национальных художественных культур. Передовые мыслители всех народов отлично понимали, что в царской России они имеют не только врагов, но и друзей. Чтобы успешно решать встававшие перед ними сложные творческие вопросы, музыканты отставших в своем развитии народов нуждались в помощи высококвалифицированных мастеров более зрелой и сильной музыкальной культуры. Общность жизненных устремлений побуждала их обращаться за поддержкой к русским музыкантам подобно тому, как к людям русской науки, литературы и искусства обращались их соотечественники – ученые, писатели, художники.

«Учиться музыке на великих образцах русского искусства,– писал Лысенко столь же убежденному, как и сам он, поборнику украинско-русской дружбы Ивану Франко,– никогда не откажусь; только я присмотрюсь, полюбуюсь, в восторг приду от сочетания чудесной формы с чисто народными элементами у Глинки, Даргомыжского, Римского-Корсакова, Мусоргского, а возвращусь к своему, чтобы творить в этих направлениях» Иначе говоря, Лысенко утверждал, что не подражание должно составлять цель обращения к русским учителям, но усвоение принципов их творческого подхода, которые далее уже должны быть реализованы украинскими композиторами в соответствии с собственными идейными задачами.

На такой же точке зрения стояли и другие представители национальных музыкальных культур России, отправлявшиеся учиться к Римскому-Корсакову. И если их пребывание в классе замечательного русского композитора-педагога давало столь блестящие плоды, то это происходило оттого, что он сам отлично понимал свою роль в этом деле и последовательно ее осуществлял.

Для Римского-Корсакова национальность являлась обязательным признаком подлинного искусства. «Музыки вне национальности не существует,– писал он,– и в сущности всякая музыка, которую принято считать за общечеловеческую, все-таки национальна. Бетховенская музыка – музыка немецкая, вагнеровская – несомненно немецкая, берлиозовская – французская, мейерберовская – тоже; быть может, лишь контрапунктическая музыка старых нидерландцев и итальянцев, основанная более на расчете, чем на непосредственном чувстве, лишена какого-либо национального оттенка». Основу же национальности Римский-Корсаков справедливо видел в народном начале. Например, упоминая о своем влечении к польской народной музыке, он добавлял: «Польский национальный элемент в сочинениях Шопена, которые я обожал, всегда возбуждал мой восторг».


Посмотреть предыдущие новости:

Оставить комментарий

Реклама


Warning: require_once(/home/p4767/www/rusymphony.ru//setlinks_b4a1a/slsimple.php): failed to open stream: No such file or directory in /home/p4767/www/rusymphony.ru/wp-content/themes/Musik/single.php on line 189

Fatal error: require_once(): Failed opening required '/home/p4767/www/rusymphony.ru//setlinks_b4a1a/slsimple.php' (include_path='.:/usr/local/php56/lib/php') in /home/p4767/www/rusymphony.ru/wp-content/themes/Musik/single.php on line 189